Share/Save

Гендерная тематика и сектор безопасности: к более безопасному будущему

Вид публикации:

Journal Article

Источник:

Connections: The Quarterly Journal, Volume 14, № 3, p.9-37 (2015)
Full text (HTML): 

Джули Л. Аростегуй *

Введение

Способы ведения войн и поддержания мира полностью изменились.
Нам необходимо более разнообразное ядро солдат.
Ине Эриксен, Министр обороны Норвегии [1]

В последние десятилетия характер войны изменился драматически. Внутренние конфликты происходят между противостоящими вооруженными группами, часто разделяемыми идеологическими или этническими линиями, чьей целью во все большей степени является гражданское население и создание хаоса в обществе с тяжелыми физическими, психологическими, общественными, политическими и экономическими последствиями.

Изменившийся характер конфликтов во все большей степени требует учета влияния его последствий на женщин и девушек, мужчин и мальчиков, необходимо обратить внимание на их специальные потребности до, во время и после конфликта. Усиливается и осознание важности включения женщин в процесс обеспечения мира и безопасности. Женщины составляют 50 % населения и являются критически важной частью общества;без них достижение настоящего и устойчивого мира невозможно. Они не просто жертвы конфликтов; они играют важную роль в качестве воюющих, миростроителей, политиков и активистов, и часто у них наиболее сильные позиции в деле обеспечения мира для своих общин. Женщины по всему свету поднимают голос в защиту мира, мобилизуют сообщества и используют свои социальные роли и сети для посредничества при конфликтах и для смягчения насилия. Они требуют внимания к сложным проблемам мира и миростроительства и к потребностям участвующих общин, а не только прекращения огня и распределения власти.

Международное сообщество ответило созданием рамки для разрешения проблем женщин, мира и безопасности, которая состоит из резолюций Совета безопасности Организации Объединенных Наций (ООН) и обязательного международного права. Такие региональные органы, как Европейский Союз, НАТО и Африканский Союз так же разработали солидные законодательные рамки для проблем гендерного равенства и прав женщин с тем, чтобы построить устойчивый мир, опираясь на деятельность женских групп и на опыте конфликтов.

Наряду с этими изменениями произошел сдвиг парадигмы концепции безопасности от безопасности государства к человеческой безопасности. Тогда как традиционная безопасность подразумевала защиту границ и суверенитета государства, современная концепция безопасности обращает внимание на безопасность отдельного человека и отдельных сообществ. В ней расширены как диапазон угроз безопасности включением в него бедности, дискриминации, насилия на гендерной основе, отсутствие демократии и маргинализация, так и диапазон участвующих акторов включением в него негосударственных акторов и гражданского общества. Это означает создание обществ, которые могут противостоять нестабильности и конфликтам. Это больше, чем отсутствие вооруженного конфликта; это среда, в которой отдельный человек может процветать.[2]

Сектор безопасности, который основан на человеческой безопасности, берет в расчет отличающиеся потребности мужчин, женщин, мальчиков и девушек, обеспечивает полное и полноправное участие женщин в разрешении потребностей всего населения и способствует созданию более миролюбивого и надежного общества.

Интегрирование гендерной перспективы в сектор безопасности важно: 1) для соблюдения универсально принятых принципов прав человека; 2) потому, что когда в процессе принятия решений участвуют как мужчины, так и женщины, получаются лучшие результаты и 3) потому, что использование гендерной перспективы и проблематики увеличивает оперативную эффективность.

Законодательная рамка проблематики женщин, мира и безопасности

Резолюции Совета безопасности ООН и международное право

Гражданские войны, которые бушевали в 1990-х, показали миру как изменились конфликты. Геноцид в Руанде и лагеря, в которых насиловали женщин в Боснии, доказали, что новый характер конфликта и его опустошительные последствия для женщин требуют незамедлительного внимания. В 1995 году на проведенной под эгидой ООН четвертой Всемирной конференции по положению женщин в Пекине собрались женщины со всего мира и впервые было обращено специальное внимание на происходящее с женщинами во время войн. Это привело к включению специальной главы «Женщины и вооруженные конфликты» в Пекинскую декларацию и Платформу для действий. Она стала поворотным моментом и призывом к женщинам для действия. В последующие годы, глобальная сеть женщин, и в частности те, кто пострадали от конфликтов, работали на местном, национальном и международном уровне, призывая к миру и безопасности для женщин. В 2000 году, глобальная группа неправительственных организаций (НПО) обратилась с всемирным призывом к Совету безопасности ООН официально признать права женщин, способствовать их участию во все процессы обеспечения мира и безопасности и их защите во время конфликтов. При поддержке Генерального секретаря ООН Кофи Аннана и правительств Бангладеша, Ямайки, Канады и в итоге Соединенного Королевства, работа женских организаций провела к принятию резолюции 1325 Совета безопасности по вопросам женщин, мира и безопасности (2000).

Резолюция Совета безопасности ООН (РСБООН) 1325 и сопутствующие ей резолюции РСБООН 1820 (2008), РСБООН 1888 (2009), РСБООН 1889 (2009), РСБООН 1960 (2010), РСБООН 1888 (2009), РСБООН 2016 (2013), и РСБООН 2122 (2013) (далее обозначаемые коллективно как 1325, рамка 1325 или рамка по вопросам женщин, мира и безопасности) дают международно признанную юридическую рамку для продвижения гендерного равенства в вопросах мира и безопасности, обеспечивая участие женщин на всех уровнях принятия решений, защиту женщин и девушек от сексуального и гендерного насилия, улучшение превенции насилия против женщин и интеграцию гендерных перспектив во все процессы. В них подчеркивается необходимость усовершенствования реакции сектора безопасности на последствия современных конфликтов и обращается внимание на все аспекты процессов обеспечения мира и безопасности, включая мирные переговоры, миротворчество, политическое участие, реакцию на сексуальное насилие во время вооруженных конфликтов, судебную и правовую реформу, а так же реформу сектора безопасности. Исходными пунктами их реализации в секторе безопасности являются национальные и региональные политики безопасности и планы действий, участие женщин в процессы реформы сектора безопасности, реформы полиции, правосудие в переходном периоде, реформа правосудия и миротворческие операции.

РСБООН 1325 требует, чтобы все стороны конфликта всегда соблюдали международное право, относящееся к правам и защите женщин и девушек. Она инкорпорирует юридически обязательные нормы международного права по правам и защите женщин и детей, как например Конвенцию о ликвидации всех форм дискриминации женщин (КЛДЖ), Женевские конвенции, Конвенцию о правах ребенка и Римский статут Международного суда, которые криминализируют сексуальное насилие во время конфликтов и другие правовые нормы, как например Устав ООН, Универсальную декларацию о правах человека, Международный пакт о гражданских и политических правах, Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах, Конвенцию против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания, Конвенцию о предотвращении и наказании за преступления геноцида и Протокол о предупреждении и пресечении торговли людьми, особенно женщинами и детьми. В ней конкретно упоминается Пекинская декларация и Платформа действий, которая является повесткой дня по вопросам гендерного равенства и расширения прав женщин и чьей целью является устранение всех препятствий перед активным участием женщин в общественной и частной жизни путем полного и равноправного участия в принятии решений по экономическим, социальным, культурным и политическим вопросам.[3]

Все государства-члены ООН обязаны выполнять РСБООН 1325 и международные договоры о правах человека, сторонами которых они являются. Совет безопасности ясно дал понять, приняв шесть резолюций по вопросам женщин, мира и безопасности, что требует соответствующих действий со стороны государств-членов, самой ООН и всех сторон, вовлеченных в вооруженные конфликты.

Региональные политические инициативы

В дополнение к ООН, в поддержку женщин, мира и безопасности соглашения, законы, политики и планы действий приняли и региональные организации в Африке, Европе, Азии и Америках.

Протокол Африканского Союза (АС) к Африканской хартии прав человека и народов, известный как Мапутский протокол, гарантирует всеохватные права женщинам. Основанный на информации о положении женщин в странах, переживающих последствия вооруженных конфликтов, он также содержит конкретные положения об участии женщин в процессе установления мира и защиты женщин в вооруженных конфликтах.

Международная конференция по региону Великих озер (МКРВО) [4] создала прочную, юридически обязывающую рамку, в которой конкретно упоминаются принципы 1325, касающиеся защиты и утверждения прав женщин и детей, в качестве критически важных для мира и безопасности. МКРВО специально рассматривает сексуальное и гендерное насилие в качестве приоритетной, сквозной проблемы, оказывающей влияние на мир, безопасность, развитие и хорошее управление. Ее политическая рамка включает Пакт о безопасности, стабильности и развитии в районе Великих озер (2006), который состоит из десяти юридически обязывающих протоколов, несколько из которых рассматривают проблемы гендерного равенства и насилия на сексуальной и гендерной основе.

Экономическое сообщество западноафриканских государств (ЭКОВАС) в 2008 году приняло Рамочную программу для предотвращения конфликтов, которая должна служить стратегической рамкой для усовершенствования предотвращения конфликтов и обеспечения человеческой безопасности путем дополнения компонентом тематики женщин, мира и безопасности.

Европейский Союз (ЕС) разработал нормативную рамку, которая включает Заключения Совета по развитию гендерного равенства и гендерной тематики в менеджменте кризисов (2006); Комплексный подход от 2008 года ЕС к реализации резолюций 1325 и 1820 [5] и оперативный доклад Секретариата Совета ЕС «Выполнение РСБООН 1325, усиленной РСБООН 1820, в контексте ЕПБО (Европейской политики по безопасности и обороне)». В июле 2010 года Совет принял показатели для оценки прогресса выполнения резолюций 1325 и 1820.

У Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ) есть План действий для развития гендерного равенства согласно 1325 (2004) и она включила элементы 1325 в ее Стратегии от 2003 года по проблеме угроз безопасности и стабильности в двадцать первом веке. Решение Совета министров 14/05 по вопросу участия женщин в предотвращении конфликтов, менеджменте кризисов и постконфликтном восстановлении (2005) дополняет План действий по развитию гендерного равенства и требует принятия мер по выполнению 1325.

Организация Североатлантического Договора (НАТО) создала рамочную политику по проблеме женщин, мира и безопасности. После ряда рекомендаций со стороны Совета по вопросам женщин в силах НАТО (ныне Комитета по гендерным перспективам), в сентябре 2009 года НАТО приняло Директиву об интеграции РСБООН 1325 и гендерных перспектив в командные структуры НАТО, включая меры по защите женщин во время вооруженных конфликтов. Директива включает учреждения должности советников по гендерным вопросам во все миссии и при подготовке до отправки на миссию. В 2012 году Генеральный секретарь учредил должность Специального представителя по вопросам женщин, мира и безопасности для повышения осведомленности, координирования усилий и улучшения сотрудничества по вопросам женщин, мира и безопасности. В апреле 2014 года НАТО опубликовало ревизированную Политику по вопросам женщин, мира и безопасности, разработанную совместно с Советом по евроатлантическому партнерству (СЕАП). В ее разработке участвовали также Афганистан, Австралия, Япония, Иордания и Объединенные Арабские Эмираты. Она основана на предшествующей политике НАТО/СЕАП и на выводах, сделанных в частности из опыта реализации безопасности, основанной на сотрудничестве в операциях, руководимых НАТО.

План действий Тихоокеанского сообщества по вопросам женщин, мира и безопасности на период 201-2015 дает рамку на региональном уровне для членов Форума[6] и Тихоокеанских территорий для расширения руководящей роли женщин и молодых женщин в предотвращении конфликтов и строительстве мира, в гендерной проблематике в политике безопасности и гарантирования того, что человеческие права женщин и девушек защищены при гуманитарных кризисах, в переходных периодах и в постконфликтных ситуациях.

Хотя Организация Американских Государств и не имеет нормативной рамки конкретно по вопросам женщин, мира и безопасности, она располагает Интерамериканской конвенцией по предотвращению, наказанию и ликвидированию насилия против женщин (Конвенция Белем до Пара) (1994).

Национальные планы действий

ООН и защитники каузы призывают все страны создавать Национальные Планы Действий (НПД) для гарантирования выполнения рамочной программы 1325. Это национальные документы, определяющие политику, которые подробно описывают, как государственные органы и заинтересованные стороны, отвечающие за безопасность, внешнюю политику, развитие и гендерное равенство, на практике будут выполнять принципы 1325 как в своих странах, так и при осуществлении своей внешней политики во время мира и при конфликтах. К настоящему времени, 48 государств уже задействовали НПД, и Афганистан готовится создать свой план.[7]Комплексные НПД устанавливают многосекторную стратегию для выполнения рамки 1325, распределяют конкретные ответственности между государственными органами, организациями гражданского общества, институтами частного сектора и партнерами; покрывают четыре основных столба 1325 – участие, защиту, предотвращение и гендерную тематику; способствуют координации, выполнению и оценке деятельности и включают бюджетные оценки соответствующих деятельностей с тем, чтобы интегрировать их в институциональные планы действий и институциональные бюджеты.

Безопасность и гендер

Когда мы ограничиваем представителей другого гендера, мы подвергаем риску наш собственный гендер … мы отказываемся от половины наших талантов, половины наших ресурсов, половины потенциала нашего населения. И когда мы приближаемся к будущим проблемам, мы должны больше думать, а не продавливать нашу дорогу через них, нам нужно использовать все наши умственные ресурсы.

Генерал Мартин Е. Демпси, Председатель Объединенного комитета начальников штабов США [8]

Пол – это биологические отличия между мужчинами и женщинами. Гендер касается социальной конструкции ролей, персональных характеристик и поведения, ассоциируемых с ними, а также разные отношения подчиненности между мужчинами и женщинами. Гендерная тематика учитывает роль интеграции гендерной перспективы в процессы обеспечения мира и безопасности, а также понимание положительных изменений для мужчин и женщин, к которым могут привести соответствующие политики и программы.[9] Это означает идентификацию разных рисков, с которыми сталкиваются мужчины, женщины, девушки и мальчики, и то, как гендерные отношения и неравноправное распределение власти подпитывает эти риски. Понимание гендера приводит к принятию более эффективной политики и к достижению лучших результатов. Он является ключевым для эффективности и подотчетности сектора безопасности, и его надо учитывать, чтобы соответствовать международному и региональному законодательству. Конечной целью является развитие гендерного равенства в обществе путем обеспечения того, что мужчины и женщины представлены в одинаковой степени во всех процессах, и что все программы считаются с человеческими правами всех людей.

Мужчины, женщины, мальчики и девушки переживают разные вещи и имеют разные потребности в смысле безопасности. К примеру, в Соединенных Штатах более 85 % убийств с использованием огнестрельного оружия совершаются мужчинами,[10] статистика, которая примерно повторяется по всему свету. С другой стороны, приблизительно 95 % жертв домашнего насилия – это женщины.[11] В мировом масштабе, по крайней мере, 35 % женщин были объектами насилия со стороны интимного партнера, в некоторых странах и до 60 %.[12] Во многих странах женщины подвергаются нападениям вблизи источников воды, в сельскохозяйственных областях и во время выборов.

Насилие по признаку гендера (НПГ) – это насилие, связанное с гендерными отличиями, которые приводят к неравноправным ролям и к неравноправному отношению к власти. Оно включает домашнее насилие, сексуальные нападения, изнасилования, торговлю людьми и насилие, направленное против геев. Оно широко распространено во многих странах благодаря культурным нормам, которые подразумевают подчиненное положение женщин и других уязвимых групп.

Медицинские, физические и психологические последствия сексуального насилия и насилия по гендерному признаку чудовищны. Результатами сексуального и физического насилия против женщин являются нежелательные беременности, преднамеренно передаваемый ВИЧ/СПИД, постоянная физическая боязнь, медицинские и эмоциональные травмы, стигматизация. В таких странах как Уганда, где сильна клановая система, община часто начинает избегать женщин, которые были похищены и беременны от повстанцев, а их дети остаются вне клана. В странах, где строго соблюдается Шариат, женщин часто наказывают или убивают, чтобы «защитить их честь».

Во время войны больше всего от насилия и отсутствия безопасности страдает гражданское население. Женщины, особенно являющиеся главами хозяйств, наиболее уязвимы, когда общественная безопасность ухудшается и существующие силы безопасности становятся агрессивными. Коррупция и безнаказанность приводят к нарушениям прав человека и часто к сексуальному насилию над женщинами. После конфликта женщины продолжают подвергаться супружескому насилию, сексуальным домогательствам, изнасилованиям, физическому воздействию и насилию и психологическому насилию. Экономическое насилие часто категорируется как НПГ. Оно включает лишение еды и собственности, отказ супругов предоставлять средства на содержание семьи, споры между вдовой и семьей ее супруга о наследовании его собственности, а также сильную экономическую зависимость женщин от их супругов. Многие женщины не могут себя содержать и потому не могут избежать отношений, связанных с насилием. Сексуальное насилие является основным фактором для распространения ВИЧ/СПИД. ВИЧ позитивные женщины так же подвергаются большему риску стать жертвами домашнего насилия.[13]

НПГ оказывает большое влияние не только на женщин, но и на семьи, на общины и национальное развитие. Последствия насилия часто приводят к тому, что девушки не ходят в школу или препятствуют участию женщин в жизни общины или рабочего коллектива. Мужчины и мальчики, ставшие жертвами НПГ, сталкиваются с еще большими барьерами, когда о нем надо поставить в известность властей и добиться правосудия.

Несмотря на преобладание НПГ и того, что оно является угрозой для национальной и глобальной безопасности, инициативы сектора безопасности, направленные на борьбу с ним, обычно не пользуются высоким приоритетом и не получают достаточное финансирование. Безопасность, учитывающая гендерные проблемы, улучшает превенцию и реакцию на НПГ путем привлечения к работе женщин и подготовки персонала по проблемам гендера и насилия по признаку гендера.

Увеличивается понимание необходимости обратить внимание на то, что переживают мужчины и мальчики и в качестве жертв, и в качестве источников небезопасности. Все большее количество групп исследует маскулинность (мужественность): ее характеристики, ожидаемое поведение мужчин и то, как они социализируются. Это включает анализ факторов, которые приводят мужчин к насилию и факторов, которые способствуют его предотвращению. Такие обстоятельства, как насилие в молодежной мужской среде, банды и жестокое обращение с детьми оказывают влияние на то, как ведут себя мужчины. Как в рамках вооруженных конфликтов, так и вне их, культура огнестрельного оружия в преобладающей степени ассоциируется с культурными нормами маскулинности, включающая представление о мужчинах в качестве защитников и воинов.[14] Мужчины сами становятся жертвами своей собственной ментальности, так как они больше всех страдают от насилия, связанного с использованием огнестрельного оружия. Военная среда увековечивает эти представления о мужественности и войны их усиливают, что приводит к крайним степеням насилия. Ядерное оружие также стало символом силы и доминирования.

Кроме того, военизированное общество подвергает большему риску и женщин. Согласно программе «Достижение критической массы воли» Международной женской лиги за мир и свободу:

Безответственные перемещения вооружений, боеприпасов и военного оборудования через границы привело к актам НПГ, совершаемым государственными и негосударственными акторами. Поэтому при недавних переговорах по Договору о торговле оружием (ДТО), организации гражданского общества и разделяющие их образ мышления правительства работали вместе для гарантирования того, чтобы в договор было включено юридически обязывающее положение о предотвращении насилия по гендерному признаку.[15]

ДТО, который был принят Генеральной ассамблей ООН 2 апреля 2013 года и вошел в силу 24 декабря 2014 года, является первым международным договором, признающим существование связи между оружием и насилием по гендерному признаку. Статья 7(4) договора обязывает стороны, экспортирующие оружие, учитывать риск того, что конвенциональное оружие, боеприпасы, части и компоненты могут быть использованы для совершения актов насилия по гендерному признаку. Государствам не следует разрешать продажу, когда есть риск насилия по гендерному признаку, которое является нарушением международного гуманитарного права или международных законов по правам человека, подрывом мира и безопасности или составляет часть транснациональной организованной преступности.

 

Привлечение мужчин [16]

Успешные программы, выполняемые такими организациями, как CARE, Промундо и Мужской ресурсный центр Руанды (РУАМРЕЦ) в данном регионе располагают субпрограммами, специально предназначенными для мужчин, которые направлены на деконструкцию типичных представлений о маскулинности и образовании мужчин по вопросам гендерного равенства и прав женщин. CAREработает для привлечения мужчин в совместные с их супругами стратегии по менеджменту ресурсов и совместному выполнению домашних, родительских и связанных с получением дохода ролей. Ролевые модели семей показывают их общинам, что они живут хорошо, когда в их домах царит мир и равенство. В нескольких странах, в том числе и в Руанде, Промундо провело Международный обзор по вопросам мужчин и гендерного равенства (IMAGES), комплексный опрос семей о мужском отношении и мужских практиках – наряду с женскими мнениями и докладами о практиках мужчин – по широкому набору тем, связанных с гендерным равенством, который был использован для формирования программ привлечения мужчин к разрешению проблем гендерного равенства и предотвращения НПГ, в том числе и в постконфликтных ситуациях. Промундо также выполняет программу, которая поощряет мужскую поддержку предоставлению экономических прав женщинам. РУАМРЕЦ включает мужчин в работу по изменению представлений о мужественности и пропагандирует гендерную справедливость путем реализации программ образования мужчин мужчинами, мобилизации общин, работой с религиозными лидерами и программ, привлекающих мужчин к поддержке микрофинансирования женщин.

 

У мужчин и женщин разная степень доступа к таким ресурсам как земля, деньги, образование, здравоохранение и политическая власть, которые могут оказывать влияние на их индивидуальную безопасность. В многих странах у женщин нет равных с мужчинами прав на собственность на землю, у них ограниченный доступ к кредитам, они сталкиваются с барьерами к получению образования и адекватного здравоохранения, и они исключены из политической жизни или их участие в ней маргинализовано, и все это делает их более зависимыми и уязвимыми.

Привлечение как мужчин, так и женщин к формированию политики в сфере безопасности является критически важным для создания политики, которая является комплексной в оценке угроз безопасности и в понимании поставщиков безопасности, и таким образом обеспечивает более надежную и устойчивую среду. Диалог с местными группами может показать необходимость в реализации таких конкретных инициатив, как установка большего количества уличных ламп и обеспечение участия общинной полиции в таких более широкомасштабных программах, как обучение полиции и военного персонала по вопросам предотвращения и реакции на сексуальные домогательства и сексуальное насилие, расширение участия женщин и взаимодействие с организациями гражданского общества.

Новая парадигма безопасности

В мире никогда не будет мира, если у людей нет безопасности в ежедневной жизни. Будущие конфликты, скорее всего, будут происходить без участия государств, чем между государствами – их корни глубоко уходят в социально-экономические лишения и неравенства. Борьба за безопасность в таких обстоятельствах требует развития, а не оружия.

Доклад о человеческом развитии за 1994 год [17]

Конфликты уже происходят не просто при охране границ и обеспечении суверенитета; они связаны с человеческой безопасностью. Государства не могут быть в безопасности, если их народы не в безопасности. Там, где есть неравенство и дискриминация, насилие, бедность, отсутствие образования, отсутствие экономических возможностей, политические репрессии и другие дестабилизирующие факторы, там существует риск возникновения конфликта.

Подход к безопасности как безопасности отдельного человека расширяет спектр анализа и политики безопасности от территориальной безопасности к безопасности людей.[18] Он был введен в 1994 году в Докладе о человеческом развитии (ДЧР) Программы развития Организации Объединенных Наций (ПРООН) и в нем уделяется внимание двум основным элементам человеческой безопасности: свободе от страха и свободе от нужды. В нем подтверждается, что государства не в состоянии реализовать свои главные цели – в том числе мир, права человека и демократизацию – без человеческой безопасности. Угрозы человеческой безопасности являются уже не только локальными или национальными, а скорее глобальными. Наркотики, ВИЧ/СПИД и другие эпидемии болезней, торговля людьми, насилие по гендерному признаку, бедность, экологические катастрофы, перемещения населения, распространение ядерного оружия, терроризм и насильственный экстремизм не признают национальные границы. Они оказывают влияние на весь мир.

В 2012 году Генеральная ассамблея ООН приняла резолюцию о человеческой безопасности,[19] в которой признается наличие связей между развитием, правами человека и миром и безопасностью, и в которой декларируется, что человеческая безопасность требует фокусированных на людях, комплексных, связанных с контекстом и направленных на превенцию реакций, которые укрепляют защиту и права всех людей и сообществ.

Для большинства людей сегодня ощущение небезопасности порождается чаще всего тревогами о повседневной жизни. Гарантированность работы, дохода, здоровья, безопасной экологической среды и безопасности в отношении преступности: все это новые проблемы человеческой безопасности по всему свету.

Критически важной региональной и глобальной проблемой является нарастание насильственного экстремизма. Важным элементом этого феномена является отсутствие индивидуальной безопасности. Такие экстремистские группы, как ДАИШ (ИГИЛ), пользуются методами рекрутирования, которые выискивают жертв среди людей, которые маргинализированы, угнетены, у которых нет экономических возможностей и надежд. Они искривляют религиозные заветы, играют на религиозном и этническом разделении, предлагают деньги, еду, жилье, сотовые телефоны, защиту, женщин и славы в загробной жизни.

Инклюзивный, подотчетный сектор безопасности, в котором интегрирована гендерная проблематика, может способствовать развитию, верховенству закона и хорошему управлению, укреплению человеческой безопасности и уменьшению риска вооруженного конфликта. Создание профессионального сектора безопасности, который демократически подотчетен, управляется хорошо и отвечает потребностям всех граждан, обеспечивает большую безопасность и большую справедливость для всех.

Эффективные операции для обеспечения безопасности создают надежную и безопасную среду, которая является необходимым условием для экономического развития, образования, здравоохранения и развития активного гражданского общества. Этих целей можно достичь, только если женщины в равной с мужчинами степени участвуют в формировании соответствующих политик и программ.

Почему женщины?

РСБООН 1325 требует расширения участия женщин на всех уровнях принятия решений, в том числе в национальных, региональных и международных институциях, и в миротворческих операциях в качестве солдатов, полицейских и гражданского персонала, а также участие женщин в механизмах менеджмента и разрешения конфликтов. Во всем мире женщины стали проводниками перемен, миротворцами и миростроителями, которые представляют точки зрения, касающиеся ключевых причин небезопасности. Женщины играют фундаментальную роль в увеличении оперативной эффективности сектора безопасности и в установлении устойчивого мира и безопасности по всему миру.

Женщины в силах безопасности

Женщины в силах безопасности – вооруженных силах, полиции, паравоенных формированиях и в разведке – могут оказать влияние на институциональные и культурные перемены изнутри. Исследования в США и по всему миру показывают, что женщины в форме лучше, чем их партнеры мужского пола справляются с деэскалацией напряжения и реже используют ненужную силу.[20] Увеличение их присутствия и руководящей роли также способствует борьбе с сексуальной эксплуатацией, которая преобладает во многих вооруженных и полицейских силах. Поэтому важно иметь сильное присутствие женщин, особенно на руководящих должностях, для того, чтобы представлять гендерную перспективу в дискуссиях по вопросам безопасности.

Увеличение числа женщин-полицейских также улучшает реакцию на преступления, связанные с домашним и сексуальным насилием, которые являются преобладающим видом преступлений и в постконфликтных обществах, и в обществах, где нет конфликтов. В Афганистане, Косово, Либерии и Сьерра Леоне были учреждены специальные полицейские силы для борьбы с семейным насилием.[21]

Во многих случаях, в частности в тех, когда женщины являются участниками борьбы за освобождение, как например в Руанде и в Уганде, у женщин есть умения и понимание вопросов, которые могут быть полезными институтам безопасности, особенно что касается отношения этих институтов с обществом. Поэтому полезно нанимать их на работу и поддерживать их карьерное развитие в разных областях этого сектора.

Кроме того, местные общины больше доверяют женскому персоналу сил безопасности, поскольку воспринимают его как меньшую угрозу. В одном исследовании от 2012 года Института инклюзивной безопасности, проведенном по заказу Комитета по гендерным перспективам НАТО, было установлено, что интервьюируемые в Конго и Чаде лучше принимали патрули Европейского Союза (ЕУФОР), в составе которых были женщины, свидетельством чему был факт, что меньшее число местных обитателей бросали камни в проходящие военные группы, если они состояли из мужчин и женщин. В исследовании также отмечалось, что на британские подразделения, располагающие Группами с женским участием (ГЖУ), реже устраивались засады и против них было совершено меньшее число нападений с импровизированными взрывными устройствами (ИВУ), чем против мужских патрулей.[22]

Некоторые культуры ограничивают взаимодействие женщин с мужчинами вне их семей. Так как женский персонал часто в состоянии уникальным способом коммуникировать с женщинами в обществе в целом, полицейские и военные силы с женским участием могут получить более комплексную картину потребностей всей общины. Они могут узнать о характере и уровне таких ситуаций, являющихся угрозой, как насилие и ректутирование членов для банд, накапливание оружия, движение войск, дискриминация и маргинализация в рамках общины, насилие по гендерному признаку, торговля людьми, запугивание и шантажирование организованной преступностью, использование наркотиков в школах.

Женщины-полицейские, пограничники и офицеры вооруженных сил также могут выполнять обязанности, которые могут быть затруднительными для мужчин по причинам, связанными с культурой, например обыск женщин на блокпостах, поиск оружия путем вхождения в дом и разговором с женщинами, обыск и допрос женщин, оказание помощи пережившим сексуальное насилие.

Есть много задокументированных случаев, которые показывают, что женщины часто лучше справляются с привлечением мужчин к работе. Одно исследование от 2009 года работы пяти Провинциальных групп по восстановлению (ПГВ) в Афганистане установило, что переговоры, проводимые солдатами-женщинами более успешны, чем те, которые проводят солдаты-мужчины, что информаторы в некоторых местах делятся большим количеством информации с западными женщинами, чем с западными мужчинами, и что часто более удачным оказывается, чтобы по вопросам женщин к местными племенным лидерам обращались женщины, а не мужчины.[23]

Женщины в государственном управлении

Парламенты осуществляют демократический надзор над сектором безопасности. Женщины-парламентарии могут играть ключевую роль в борьбе за подотчетность и прозрачность сектора безопасности, при определении бюджетов и политик, гарантирующих, что военные расходы не будут в ущерб развитию, при гарантировании инклюзивного представительства в структурах безопасности и в публичных дебатах и диалоге по этим вопросам.

Во многих странах военное законодательство дискриминирует женщин, запрещая им участвовать в боевых действиях и накладывая барьеры на их карьерное развитие. В 2000 году израильский парламент принял поправку в Законе о военной службе по инициативе женщин-парламентариев, которая гарантирует женщинам равные права служить на любых должностях в вооруженных силах. В Соединенных Штатах женщины-законодатели были на переднем фронте проведения реформ в законах об ассигнованиях на оборону, которые касаются сексуальных домогательств в вооруженных силах.

Во многих странах женщины-парламентарии также были полезны при принятии законов, касающихся человеческой безопасности, как то требуется рамкой по вопросам женщин, мира и безопасности и международным правом, например, при принятии законов, связанных с участием в политической жизни, с насилием по признаку гендера, с семьей, детьми, правом на собственность на землю, образованием, здравоохранением, занятостью, гражданством и национальностью, беженцами и внутренне перемещенными лицами.

В Руанде, к примеру, в 1996 году женщины-парламентарии сформировали Женский парламентский форум Руанды (ЖПФР), который стал первым парламентским совещанием, перешагнувшим через партийные границы и включившим представителей племен Хуту и Тутси в критический момент залечивания ран геноцида. Он фокусировал свое внимание на вопросах безопасности женщин, на принятии законов о праве женщин наследовать собственность[24] и на насилии по гендерному признаку. В Уганде женщины-парламентарии также проявили активность в продвижении законодательства, конкретно связанного с обязательствами государства по Национальному плану действий по резолюциям Совета безопасности ООН 1325 и 1820 и Гомской декларации об искоренении сексуального насилия и безнаказанности в регионе Больших озер (2008-2014). В 2010 году, Уганда приняла законы о предотвращении домашнего насилия, увечья женских гениталий (УЖГ), торговли людьми, которые позволяли угандийским судам рассматривать дела о преступлениях против человечности, дела о военных преступлениях и геноциде, в том числе и о сексуальном насилии, как они определены в Римском статуте Международного Уголовного Суда.

Женщины в министерствах и на высоких государственных должностях могут так же оказывать влияние на политику в сфере безопасности и обороны, и могут сводить воедино взгляды женщин и мужчин в секторе обороны, а также привлекать гражданское общество к диалогу и гарантировать, что национальная политика безопасности интегрирует гендерные перспективы.

Женщины в системе правосудия

Расширение участия женщин в системе правосудия в качестве судей, прокуроров, защитников, параюристов и администраторов в судах укрепляет легитимность судебной власти и делает суды более доступными для общин, которых они обслуживают. В случаях насилия по гендерному признаку пострадавшие женщины могут чувствовать себя более комфортно, когда имеют дело с адвокатами и судьями женского пола. Женщины также часто способствуют применению принципов равноправия и недискриминации. Женские группы адвокатов, к примеру, были полезными, оказывая помощь женщинам, способствуя гендерному равенству и борясь с дискриминационными законами в государствах по всему миру. Угандийская ассоциация женщин-адвокатов (ФИДА-Уганда), к примеру, учредила клиники для юридической помощи в Северной Уганде, в которых клиенты вносили только сборы для регистрации дел и им оказывалась помощь путем посредничества или, в случае необходимости, в судебных делах. В число этих клиник входят и мобильные клиники, которые выезжают в общины, чтобы регистрировать, и когда возможно, чтобы посредничать в улаживании дел. В других случаях они принимают участие в стратегически важных судебных процессах или в процессах высокой общественной значимости, в число которых входят случаи, которые заведены от имени общественности или большой группы людей по поводу нарушения прав и направленных на реформу законодательства.

Участие женщин в судебных процессах в переходном периоде, которые должны воздать справедливость и привести к примирению, является важным фактором при рассмотрении нарушений прав человека после завершения конфликтов. В таких странах как Сьерра Леоне, Восточный Тимор и Южная Африка, женщины принимали участие в диалоге по созданию комиссий по установлению истины, которые чувствительны и инклюзивны по гендерным вопросам и будут рассматривать потребности женщин.[25]

В странах, где преобладают системы правосудия, основанные на обычном или местном праве, женщины помогали в работе с лидерами общин и религиозных конфессий, чтобы довести до них принципы гендерного равенства и прав женщин, применяемые внутренние законы, региональные и международные инструменты.

Женщины в гражданском обществе

Рамочные документы 1325 требуют, чтобы для лучшего учета потребностей общин проводились консультации с женскими группами гражданского общества. Женщины в гражданском обществе играют критически важную роль в создании инклюзивной и устойчивой безопасности. Они служат связующим звеном между реалиями нарушенной безопасности сообществ, с которыми сталкиваются мужчины и женщины, и полицейскими и вооруженными силами, а также являются людьми, принимающими решения в сфере обороны, парламентариями или занимают другие позиции, связанные с надзором и с осуществлением программ в сфере безопасности. Женщины помогают довести до них проблемы безопасности и обеспечивают информацию о том, как программы и политики оказывают влияние на женщин и их семьи. Женщины и группы, работающие по проблемам безопасности, также располагают важными техническими компетентностями. Расширение взаимодействия между институциями сектора безопасности и организациями гражданского общества может способствовать созданию потенциала путем обучения, проведения исследований и оказания технической помощи по гендерной проблематике.

Женщины располагают важными знаниями по проблемам безопасности в своих общностях. Благодаря своему положению и связям с семьями и общностями они знают, что происходит. Выполняя свои ежедневные обязанности – заботиться о детях, смотреть за своими супругами и мужчинами в их общине, ходить за водой или за дровами – они часто видят и слышат вещи, которые случаются в их общине. Они могут знать о накоплении оружия, о сборах вооруженных групп и о рекрутировании в них молодежи. Они знают, когда есть какие-то барьеры в здравоохранении или образовании, знают об опасностях здоровью в своих общинах. Они понимают, когда их собственная безопасность подвергается риску из-за ограниченной мобильности, дискриминации и насилию по гендерному признаку.

Кроме того, поскольку женщины воспринимаются как меньшая угроза, чем мужчины, они часто имеют доступ, в котором отказывают лидерам-мужчинам.[26] В Уганде главным лицом для контактов в переговорах между правительством Уганды и Божьей Армии Сопротивления, возглавляемой Иосифом Кони, была Бетти Бигомбе. В качестве члена парламента Уганды в 1998 году на нее была возложена обязанность найти мирное разрешение вооруженного конфликта в Северной Уганде. Бигомбе связалась с Кони и инициировала переговоры, которые впервые свели руководителей повстанцев и министров правительства лицом к лицу в первый раз.[27] Ей удалось установить контакт с Кони, работая через женщин, связанных с БАС, с целью вызвать доверие у его командиров. В последнее время в таких странах как Сомали и Сирия женщины оказывались в состоянии ходить между кланами и через контрольно-пропускные пункты с целью договариваться о местных прекращениях огня, чтобы обеспечить проход для гуманитарной помощи и возможность школьникам вернуться в школу.

Женские организации гражданского общества также обеспечивают необходимые услуги жертвам в партнерстве с сектором безопасности, например приют, юридические советы, медицинские и психологические услуги. К примеру, Сеть Руандийских Женщин учредила несколько Поликлиник надежды по всей Руанде, воспринимая целостный подход к проблеме женщин, пострадавших от сексуального насилия или насилия по гендерному признаку, занимаясь их медицинскими и психологическими потребностями, потребностями в приюте, социально-экономическими потребностями в периоде после геноцида 1994 года. Бенефициантами являются женщины, ставшие жертвами сексуального или гендерного насилия, вдовы, сироты и уязвимые дети, ВИЧ/СПИД инфицированные люди. Женские организации также содействуют реализации реформы сектора безопасности в своих сообществах и оказались важными партнерами в программах разоружения, демобилизации и реинтеграции комбатантов в своих сообществах (РСБ). В Либерии организация Женщины в Миротворческой Сети (ВИПНЕТ) вмешалась, когда система ООН стала не справляться с проблемами. Благодаря доверию к местным женщинам, многие комбатанты решили сложить оружие.[28]

Женщины также играют критически важную роль в борьбе с поднимающимся политическим и религиозным экстремизмом. В Ираке, Сирии, Афганистане и Пакистане женщины были в первых рядах защитников мира, перешагивая через политические, этнические и религиозные разделительные линии, чтобы свести вместе сообщества и обратить внимание на коренные причины подъема насильственного экстремизма – бедность, маргинализация, отсутствие возможностей и нестабильность. Кроме того, благодаря своему влиянию на свои семьи, во многих случаях они предотвращали участие своих сыновей и супругов в экстремистских группах. Женщины работают с общинами, религиозными лидерами и боевиками для переработки нарративов, используемых такими группировками как ДАИШ и Талибан, которые искажают ислам в своих целях.

Интегрирование гендерной тематики в сектор безопасности

Реформа сектора безопасности (РСБ) необходима для установления мира и хорошего управления, для предотвращения конфликтов и восстановления обществ после окончания конфликтов. Термин «реформа сектора безопасности» чаще всего используется в постконфликтном контексте. Однако, реформа сектора безопасности имеет место и в развивающихся странах и в странах в состоянии перехода от авторитарного правления к демократическому. Она также применима и к развитым странам, которым необходимо изменить или усовершенствовать политику и программы для гарантирования того, что гендерные и женские перспективы будут включены во все их дипломатические, оборонительные и направленные на развитие мероприятия. Реформа сектора безопасности означает сделать сектор безопасности более эффективным, подотчетным, прозрачным и соответствующим международным стандартам по правам человека, демократии и управления.

Осуществление реформ, направленных на интегрирование гендерных перспектив в сектор безопасности путем включения гендерной проблематики и проблем равноправного участия, является критическим элементом реформы сектора безопасности во всех странах.

Сектор безопасности состоит из трех компонентов: (1) группы, располагающие властью и инструментами для использования силы – вооруженные силы, полиция, паравоенные организации и разведывательные службы; (2) институции, которые осуществляют мониторинг и менеджмент сектора безопасности, в том числе парламент, министерства и гражданское общество и (3) структуры, ответственные за осуществление верховенства закона – система правосудия, министерство правосудия, тюрьмы, комиссии по правам человека и механизмы местного и традиционного правосудия.[29]

 

Пример интеграции гендерной проблематики: Гендерфорс в Швеции

Успешное интегрирование гендерно чувствительной политики в реформу сектора безопасности продемонстрировала Швеция. В 2003 году шведские вооруженные силы начали осуществление национального проекта, основанного на применении РСБООН 1325, названного Гендерфорс, который способствует сотрудничеству с рядом шведских групп из разных областей, направленному не только на расширение участия женщин в силах безопасности, но и на инкорпорирование гендерных перспектив в обучении, стратегии и операциях сектора безопасности.[30]

                В число партнеров входят:

  • Шведские вооруженные силы
  • Шведская полиция
  • Шведское агентство спасательных служб
  • Квинна тил квинна («Женщины женщинам», женская организация гражданского общества)
  • Ассоциация военных офицеров Швеции
  • Шведская Добровольная женская организация содействия обороне.

                Инициатива включала восемь проектов, способствующих гендерному балансу и интегрированию гендерных перспектив:

  1. Расширение рекрутирования женщин в организации партнеры путем изменения методов рекрутирования.
  2. Проведение гендерного анализа правительственных политик и осуществление изменений для гарантирования того, что миссии имеют четкие директивы относительно гендерного равенства и участия женщин, в том числе и относительно работы с местными женскими организациями и оценки угроз безопасности женщин.
  3. Проведение исследования гражданско-военных отношений в этой области и выработка рекомендаций для улучшения сотрудничества.
  4. Развитие программы гендерных советников с тем, чтобы создать пул гендерных советников для международных операций.
  5. Реализация программы обучения по гендерным вопросам для двенадцати высших должностных лиц.
  6. Обеспечение подготовки для личного состава, участвующего в международных операциях с тем, чтобы уметь распознавать торговлю людьми.
  7. Развитие обучения по гендерным вопросам для вооруженных сил.

 Проведение изучения лучших практик включения местных женщин в планирование, реализацию и оценку военных и гуманитарных операций с тем, чтобы интегрировать сделанные выводы в программу подготовки, предшествующую отправлению.

Есть четыре измерения реформы сектора безопасности: политическое, институциональное, экономическое и социальное.[31] В число измеряемых факторов входят: численность и процент женщин в полиции и вооруженных силах, в судебной власти и судебной системе, число личного состава, подготовленного по гендерным вопросам, статус женщин среди личного состава системы безопасности (в смысле зарплат, премий, потенциала развития, сексуальных домогательств и т.д.), число и процент операций с гендерными советниками или лицами для контакта, число расследованных случаев сексуальных домогательств среди личного состава сил безопасности, механизмы надзора над сектором безопасности со стороны правительства и гражданского общества, бюджетные расходы на разные потребности женщин, численность и процент женщин и девушек комбатантов в период конфликта, число и процент женщин и девушек, участвующих в процессах демобилизации, разоружения и реинтеграции (ДРР).[32]

 

Поддержка женщинам в афганских силах национальной безопасности

В США группы гражданского общества, занимающиеся гендерными вопросами и вопросами безопасности, работали с членами Конгресса, чтобы включить финансирование поддержки рекрутирования женщин в Афганские национальные силы безопасности через законы об ассигновании на оборону.

В ответ на недавнюю статью в Нью-Йорк Таймсе о проблемах женщин в полицейских силах афганский активист Важма Фрог писал:

Несмотря на культурные барьеры, отсутствие услуг, несоответствующие сооружения, мы имеем 3000 женщин, служащих в полицейских силах и в Министерстве внутренних дел. Эти женщины решили стать полицейскими, несмотря на риски, связанные с этой работой. Женские организации, активисты и гражданское общество требовали проведения реформ и создания механизмов поддержки для женщин-полицейских. Министерство внутренних дел имеет свою Стратегию интеграции женщин полицейских и пятилетний план ее реализации. Мы стояли за созданием и разработкой Стратегии и теперь мы осуществляем мониторинг за ее реализацией таким образом, чтобы проблемы женской полиции решались на самом высоком уровне.

Я хочу поблагодарить Конгресс США за выделение пятидесяти миллионов на поддержку женщин в силах безопасности нашей страны. Эта финансовая поддержка, наряду с постоянной поддержкой со стороны Европейской консультативной полицейской миссии и международных менторов, выведут Национальную полицию Афганистана на новый уровень компетентности.[33]

Политическая реформа

Политическим измерением реформы является принцип гражданского контроля над вооруженными силами, обеспечивающий демократические процессы и надзор парламента и гражданского общества над сектором безопасности. Институции сектора безопасности должны быть прозрачными, уважать верховенство закона и прав человека, они должны быть подотчетными демократическим гражданским властям – парламенту и судебной системе. Должна существовать конституционная и правовая рамка гражданского надзора и менеджмента сектора безопасности. Силы обороны должны функционировать в правовой рамке и должны быть подотчетными демократическим структурам.

Парламенты играют существенную роль в секторе безопасности своими законодательными и надзорными возможностями. Они принимают бюджеты, пересматривают и применяют соответствующие законы и формируют национальный диалог по вопросам безопасности. Гендерно чуткие парламенты могут обеспечить инклюзивную, основанную на потребностях политику в сфере безопасности, укреплять оперативную эффективность институций сектора безопасности и требовать у них отчета о справедливом и учитывающем гендерные вопросы бюджетировании. Надзор должен включать инициативы для предотвращения, реакции и наказания за нарушение прав человека и насилия на гендерной основе, в том числе пытки, сексуальные домогательства, домашнее насилие, сексуальное насилие, насильственная проституция и торговля людьми в соответствии с международным законодательством по правам человека, введение и расширение гендерных бюджетных инициатив и проведения оценок гендерной тематики на политику безопасности, предоставление данных с разбивкой по гендерному признаку относительно состава сектора обороны, мониторинг миротворческих миссий, гарантирование того, что женщины принимают участие в мирных процессах и правосудии в переходном периоде, реформировании судебной системы и законодательства.

Учитывающая гендерную проблематику политическая реформа сферы безопасности тоже требует расширенного участия женщин, экспертов по гендерной тематике и женских организаций в официальных надзорных органах и процессах в соответствии с международными обязательствами согласно рамке по вопросам женщин, мира и безопасности. Женщины должны быть включены в парламентские комиссии по обороне, иностранным операциям и бюджету. Однако недостаточно просто иметь там женщин; они должны располагать потенциалом и знаниями, необходимыми для того, чтобы участвовать в решении этих вопросов. Так же важно повышать гендерную образованность всех парламентариев, мужчин и женщин, чтобы заниматься гендерными вопросами. Учреждение гендерных групп и совместная работа с гражданскими экспертами может способствовать поддержке гендерных инициатив.

Необходимо консультироваться с организациями гражданского общества, включающими как мужчин, так и женщин, чтобы гарантировать, что политики и программы адекватно отвечают потребностям всех групп. Парламентарии могут обеспечить их участие в процессах, связанных с национальной безопасностью путем участия в публичных дебатах и консультациях и путем слушаний для использования информации гражданского общества, поощряя женские организации принимать участие в процессе политических консультаций и давая возможность услышать озабоченности женских организаций и избирателей путем проведения городских собраний и встреч с отдельными членами или группами избирателей.

Подобным образом министерства, отвечающие за национальную безопасность и осуществляющие надзор над сектором безопасности, министерства обороны и национальные советы безопасности должны иметь в своем составе женщин и должны интегрировать в своей деятельности гендерные перспективы. Гендерная информированность людей, определяющих политику в сфере безопасности, должна создаваться обучением, менторством и обменом информации. Процессы определения и реализации политики должны включать консультации с гражданским обществом на всех уровнях, чтобы осуществлялся доступ к национальным и локальным потребностям безопасности. Политика должна включать учитывающие гендерные вопросы мониторинг и оценивание. Министерства и исполнительные органы должны создавать механизмы участия гражданского общества. На местном уровне нужно осуществлять инициативы, гарантирующие, что муниципальное управление, локальные институции сектора безопасности и гражданское общество будут заниматься проблемами безопасности конкретных общин.

Институциональная реформа

Институциональная реформа подразумевает физическую и техническую трансформацию субъектов безопасности.

Физическая трансформация определяется как изменение институций, направленное на их диверсификацию и отражение общества, в том числе и через рекрутирование и задерживание на работе женщин в соответствии с международными обязательствами. Женщины по традиции крайне недостаточно представлены в секторе безопасности благодаря культурным нормам, согласно которым он обычно считается «мужской работой». В консервативных обществах женщины, которые работают в вооруженных силах и в полиции могут подвергаться дискриминации и изоляции. Часто они сталкиваются с негостеприимной рабочей средой, в которой есть неподходящие или вообще отсутствуют отдельные удобства для женщин, дискриминационные практики найма на работу, меньшими льготами, минимальным обучением, ограниченными возможностями для служебного продвижения, меньшим доступом к программам рекрутирования и атмосферой сексуальных домогательств.

Работа по гарантированию равноправного участия женщин должна включать осуществление мер, направленных на расширения рекрутирования, удержания на работе и продвижения по служебной лестнице женского персонала в секторе безопасности, политику и практику менеджмента человеческих ресурсов, которые учитывают гендерную проблематику и семейные проблемы, чтобы создавать среду, благоприятную для найма на работу женщин, пересмотр критериев отбора и нанимания для устранения дискриминации, доступ к женщинам в общинах для найма на работу, обеспечение обучения и создание ассоциаций женского персонала.

Венгрия успешно увеличила число женщин в своих вооруженных силах от 4.3 % в 2005 году до 17.56 % в 2006. Ее стратегия расширения найма, удерживания и отправку на миссии женщин включает Закон о военной службе, который утверждает равные права мужчин и женщин в вооруженных силах, Группу для равных возможностей и План для равных возможностей, разработанный службой личного состава, Комитет женщин в силах обороны Венгрии, который проводит исследования по состоянию гендерного равенства и дает рекомендации, сеть лиц для контактов по женским вопросам на уровне подразделений и меры для улучшения условий отдыха и гигиены в подразделениях.[34]

Техническая трансформация включает профессионализацию и модернизацию сил, переориентирование их фокуса, обучение новым умениям, например связанными с правами человека и гендером. Деятельности по гендерной тематике включают установление и улучшение юридических рамок политик, направленных на поддержку гендерного равенства и расширение прав женщин в работе сектора обороны, усиление способности личного состава применять учитывающий гендерную проблематику подход в своей работе путем обучения для повышения гендерной осведомленности, повышение готовности предотвращать и адекватно реагировать на насилие по гендерному признаку путем технической подготовки по НПГ и инициативы, направленные на предотвращение, реакцию и наказание НПГ, предотвращение НПГ, совершаемое личным составом сектора обороны путем предоставления обучения по проблемам сексуальных домогательств и установления правил поведения и механизмов для расследования и наказания за нарушения, включая лица для контактов по гендерным вопросам, установление учитывающую гендерные проблемы политику и гарантирование финансовых ангажементов, связанных с реализацией путем гендерного бюджетирования, обучения и поддержки реформированных судебной системы и системы исполнения наказаний, гарантирования прозрачности и подотчетности и создание потенциала институций и организаций гражданского общества (ОГО).

Сектор обороны

Сектор обороны—в том числе вооруженные силы, разведка, соответствующие министерства обороны, исполнительные органы и механизмы военного правосудия— должны быть под гражданским контролем, подчиняться принципам подотчетности и хорошего управления, поддерживать подходящие по размеру силы, иметь представительный состав в смысле гендера, этноса и других факторов, должны быть соответственно подготовлены и подчиняться международному праву.[35]

Силы обороны нашего дня должны быть подготовлены справляться с реалиями конфликтов, в том числе и с сексуальным и гендерным насилием, используемым в качестве средства ведения военных действий, массовыми нарушениями прав человека и гуманитарными кризисами, эпидемиями типа ВИЧ/СПИД и сексуальными домогательствами и эксплуатации со стороны личного состава самого сектора обороны. Инкорпорирование принципов прав человека, демократии и гендерного подхода в подготовке, программах и миссиях существенно важно для подготовки сил к столкновению с этими проблемами. Кроме того, из-за изменившегося характера конфликтов национальные вооруженные силы сейчас тратят меньше времени и ресурсов на защиту своих собственных границ и больше на проведение международных миротворческих миссий, что выходит за рамки традиционных усилий в сфере обороны, например, предоставление услуг местным общинам, участие в проектах по развитию, предоставление медицинских услуг, перестройка институций и обеспечение проведения свободных выборов. Разнообразие и учет гендерной проблематики помогают силам лучше выполнять эти задачи.[36]

Полицейские силы

Гендерные перспективы должны быть интегрированы и в полицейские силы. Поскольку полицейские отвечают за поддержание общественного порядка, защиту людей и обеспечения выполнения законов, они должны понимать и справляться с угрозами безопасности, с которыми сталкиваются общины, в которых они служат, осознавать, что насилие и дискриминация оказывают разное влияние на мужчин и женщин.

Обычными проблемами в полицейской работе являются низкий уровень реакции на преступления, несоразмерное использование силы против определенных групп, исключение определенных групп из состава полицейских институций, нарушение правил и злоупотребление властью, отказ в регистрировании жалоб, плохие умения для расследования, отсутствие подотчетности и недоверие со стороны граждан.[37]Применение гендерных перспектив ко всем аспектам полицейских операций помогает повысить их эффективность. Кроме того, поскольку полицейские реагируют на преступления, в том числе и на НПГ, которое является одним из преобладающих преступлений и самой большой угрозой для безопасности во всех частях мира, они должны быть информированы, подготовлены и должны располагать необходимыми умениями, чтобы работать с пострадавшими как женского, так и мужского пола, и проводить расследование разумным и эффективным образом.

Исследования показали, что полицейские операции более эффективны при борьбе с повстанцами и терроризмом, чем действия вооруженных сил, из-за постоянного присутствия полицейских в местных общинах, что позволяет им располагать большей информацией и работать с гражданами, чтобы противодействовать группам боевиков. Но, чтобы полицейские силы могли играть эту роль, они должны быть соответственно оборудованы, подготовлены и в их составе должны быть представлены все группы населения, чья защита им вверена.[38]

Операции по поддержанию мира

Рамка 1325 требует, чтобы ООН и государства-члены увеличили число женщин и интегрировали гендерные перспективы в операциях по поддержанию мира с тем, чтобы способствовать гендерному равенству и бороться с сексуальным насилием и насилием на гендерной основе. В операциях по поддержанию мира участвуют военные подразделения и военные наблюдатели, полицейский персонал, международный гражданский персонал, местный гражданский персонал и добровольцы ООН. У ООН нет собственных вооруженных сил, а она рассчитывает на вклад стран-членов. В настоящее время 128 государств предоставляют военный и полицейский персонал для миссий в 19 странах.[39]

В дополнение к поддержанию мира и безопасности на миротворцев во все большей степени возлагается содействие политическим процессам, реформирование судебной системы, подготовка органов охраны правопорядка и полицейских сил, разоружение и реинтегрирование бывших комбатантов и содействие возвращению внутренне перемещенных лиц и беженцев.

Во множестве докладов за последние пятнадцать лет были сделаны оценки усилий на реализацию РСБООН 1325 в операциях по поддержанию мира.[40] Оценка включала три широкие области работы: 1) инкорпорирование большего количества женского персонала в операции по поддержанию мира и большего количества женщин в процессы принятия решений и мирные процессы в целом; 2) улучшение расследований случаев сексуального насилия и привлечение к ответственности преступников и 3) развитие чуткости по гендерным проблемам в силах по поддержанию мира. Во всех докладах отмечается минимальное улучшение на месте и подчеркивается неуспех в целом инициатив в достижении их целей.

К февралю 2015 года женщины составляли менее чем 4 % персонала миссий ООН по поддержанию мира,[41] что далеко от какого бы то ни было представительного числа.

Сексуальная эксплуатация в операциях по поддержанию мира была идентифицирована как основная проблема. В докладе ООН, завершенном в 2005 году принцем Зейд Раад аль-Хуссейном, было установлено существование широко распространенной сексуальной эксплуатации и домогательств среди миротворческого персонала ООН. В докладе сделаны рекомендации в четырех главных направлениях: существующие правила стандартов поведения, процесс расследования, организационная, менеджерская и командирская ответственность, индивидуальная дисциплинарная, финансовая и уголовная ответственность.[42] В том же году Департамент операций по поддержанию мира ООН создал подразделения по контролю дисциплины и правил поведения с целью поддерживать высокие стандарты поведения в миссиях ООН.

В октябре 2014 года Генеральный секретарь ООН Пан Ги Мун объявил о создании Независимой группы высокого уровня по миротворческим операциям, которая будет рассматривать широкий круг проблем, с которыми сталкиваются миротворческие операции, в том числе изменение характера конфликтов, развитие мандатов, хорошее управление и вызовы перед миростроительством, менеджерское и административное устройство, планирование, партнерства, человеческие права и защита граждан, форменные способности для миротворческих операций и результаты.

Сектор правосудия

Интегрирование гендерной тематики в сектор правосудия является критически важным. В рамке 1325 подчеркивается необходимость положить конец безнаказанности и обеспечить доступ к правосудию для женщин для того, чтобы сохранять мир и безопасность. Это положение повторяется во всех резолюциях, особенно, что касается сексуального насилия. Недавно РСБООН 2106 (2013) подчеркнула необходимость в реформировании сектора правосудия и требует от государств предпринятия мер, включающих законодательные и политические реформы, которые третируют сексуальное насилие, обучение работающих в секторах правосудия и безопасности по вопросам сексуального и гендерного насилия и привлечение большего числа женщин на работу в эти секторы. Она также требует, чтобы судопроизводство учитывало специфические нужды и необходимость в защите пострадавших, членов их семей и свидетелей в случаях сексуального насилия в вооруженных конфликтах и в постконфликтных ситуациях для того, чтобы обеспечить безопасную среду в суде для женщин, что будет стимулировать их обращаться к суду и добиваться справедливости.

Чтобы удовлетворять принципам 1325 и международным обязательствам, касающимся участия женщин в процессе принятия решений, для защиты интересов женщин и для сохранения стабильности и безопасности, судоустройство должно включать женщин. Кроме того, судьи, защитники и другой персонал суда должны быть соответствующим образом подготовлены по вопросам гендерного равенства и принципов прав женщин, в том числе и по международному законодательству.

«Правосудие в переходном периоде» касается комплекса судебных и внесудебных мер, которые используются для того, чтобы справиться с наследием массовых нарушений прав человека в период выхода страны из состояния конфликта или авторитарного правления. Эти меры касаются и должны устранить разделение в обществе, гарантировать справедливость жертвам и привлечение к ответственности преступников, создать исторический прецедент, восстановить верховенство закона и способствовать мирному сосуществованию и устойчивому миру.[43] В число этих мер входят уголовные преследования, комиссии по восстановлению истины, программы по возмещению ущерба (которые в принципе включают денежные или другие компенсации) и разные виды институциональных реформ – к примеру, реформу секторов правосудия, законодательства, полиции, системы исполнения наказаний и вооруженных сил для того, чтобы установить верховенства закона и положить конец нарушениям прав человека и систематической дискриминации.[44] В их число могут входить программы, в большей степени базированные на общинах, руководимые или государством или группами гражданского общества, которые способствуют миру и примирению. Правосудие в переходном периоде является важной частью процессов восстановления и реконструкции. Для женщин это часто означает поиск справедливости в случаях сексуального насилия, перемещения и потери имущества, которые они перенесли во время конфликта, а также возмещение ущерба от таких преступлений и отсутствия доступа к социальным услугам и другим полагающихся им пособий из-за дискриминирующих практик и политик. Интегрированиегендерных перспектив является важной частью этого процесса.

Институции, занимающиеся правами человека, например, комиссии по правам человека, играют важную роль в утверждении и защите принципов прав человека и мониторинге соответствия международным стандартам. В круг обязанностей комиссий по правам человека могут входить: принятие и расследование жалоб на нарушения прав человека, мониторинг тюрем и других мест задержания под стражей, мониторинг соответствия государственного управления международным договорам по правам человека, информирование государственных институций о международных соглашениях по правам человека и их интегрирования в существующее национальное законодательство, предоставление докладов соответствующим органам, осуществляющим мониторинг соблюдения международных договоров по правам человека, опубликование результатов обследований, предоставление докладов парламентам о состоянии ситуации с правами человека и свободами в стране, создание образовательных программ по правам человека, повышение осведомленности общества о правах человека и конституционной защите. Чтобы быть эффективными и справедливыми, комиссии по правам человека должны хорошо знать международное законодательство, касающееся женщин, мира и безопасности, быть информированными о гендерных проблемах и подготовленными заниматься нарушениями прав женщин.[45]

Пенитенциарная система является важной частью системы правосудия, которая обеспечивает выполнение законов. Надо учитывать отличие нужд мужчин, женщин, юношей и девушек. Меры по интегрированию гендерной тематики должны включать соответствующие законы и недискриминирующее вынесение приговоров, эффективный надзор и мониторинг, механизмы подачи жалоб, адекватные удобства для мужчин и для женщин, защита от НПГ, комплексное медицинское обслуживание для мужчин и для женщин, в том числе репродуктивная и материнская медицина в случае необходимости, соответствующее рекрутирование и обучение персонала тюрем для гарантирования гендерной информированности, доступ к организациям гражданского общества, которые предоставляют услуги и поддержку заключенным. Во многих странах комиссии по правам человека играют важную роль в мониторинге мест заключения.

Экономическая реформа

Экономическая реформа подразумевает прозрачный финансовый менеджмент сектора безопасности и учитывающее гендерную проблематику бюджетирование. В США оборонные расходы составляют 53 % от потребованного президентом бюджета за 2016 бюджетный год.[46] Далеко за ними следуют образование, труд и социальные услуги в объеме 8.6 %, а потребованные расходы на другие социальные, гуманитарные услуги, на правосудие, на международную помощь и на окружающую среду составляют еще меньшую долю. Пекинская декларация и платформа для действий указывает на то, что излишне большие военные расходы, в том числе глобальные военные расходы, официальная и нелегальная торговля оружием, инвестиции в производство и приобретение вооружений уменьшает располагаемые ресурсы для социального развития. Она требует от правительств уменьшить лишние военные расходы и осуществлять контроль над наличием вооружений для обеспечения экономического развития и безопасности женщин. Для того, чтобы обеспечить человеческую безопасность и достичь долгосрочной стабильности, правительства должны перенаправить расходы на гуманитарные, экономические и экологические нужды – образование, здравоохранение, продовольственную безопасность и экономические возможности.

Кроме того, чтобы добиться человеческой безопасности в целом и гендерного равенства в частности, принятые обязательства в отношении политики следует поддержать соответствующим финансированием. Гендерное бюджетирование для сектора обороны должно учитывать степень, в которой и мужчины, и женщины имеют пользу от оборонных расходов по программам, обеспечивающим безопасность, на рекрутирование и благоприятную политику в сфере человеческих ресурсов и на связанные с гендером такие деятельности как обучение.

Социальные реформы

Для настоящих и устойчивых изменений важным является социальный аспект реформ сектора безопасности, который включает изменение социальных стереотипов и настроений, взаимодействие с гражданским обществом для разработки, реализации и мониторинга политики и программ в сфере безопасности. Это означает такое трансформирование культуры, при котором такие пренебрегаемые до сих пор группы, как например женщины и религиозные меньшинства включаются в силы безопасности и информируют институции о своих потребностях. Политика и механизмы, касающиеся гендерной проблематики, критически важны, но сами по себе недостаточны. Они не будут работать, если не будет изменений прежде всего в структурных и институциональных факторах, которые порождают неравенство. Это означает работать не только с политиками, но и с лидерами общин, в том числе с традиционными, культурными и религиозными лидерами, чтобы ознакомить их с гендерными проблемами. Эти личности часто являются дверью для входа в их сообщества и к изменению восприятий на местном уровне.

Расширение прав и возможностей женщин на базовом уровне является критически важным для операционализации повестки дня тематики женщин, мира и безопасности, для того чтобы гарантировать то, что законы и политика, касающиеся их прав, на самом деле доходят до них и приводят к изменениям в их жизни. Очень важно создавать структуры на самом основном уровне для наращивания потенциала по правам женщин и миростроительству.

Также важно привлекать к участию мужчин, чтобы изменять силовые структуры и чтобы продвигать гендерное равенство внутри сообществ. Мужчины обычно контролируют институциональные, управляющие и общественные структуры и поэтому являются важными союзниками для женщин в расширении их доступа к власти и принятию решений. Кроме того, работа с мужчинами на самом низком уровне помогает им понять ценность отношения к женщинам как к равным, и изменяет восприятия и практики. Нахождение мужчин в сообществе, которое поддерживают женщин, позволяет им служить ролевой моделью для изменения семейной динамики, для информирования их коллег по проблемам гендера и прав женщин и поддерживает расширение экономических прав и возможностей женщин, что в конечном итоге улучшает безопасность семей и сообществ. Инклюзивная безопасность есть единственно верный путь к устойчивому миру и безопасности.

 


*    Джули Л. Аростегуй, доктор юриспруденции, является адвокатом и экспертом по правам человека, гендерной тематике и безопасности с большим опытом в области верховенства закона, доступа к правосудию, миростроительства, борьбы с гендерным насилием, участия женщин в политике и реформы сектора безопасности. Она работает как международный адвокат, советник и инструктор для секторов гражданского общества, политики, безопасности и правосудия. В настоящее время Джули возглавляет Программу женщин, мира и безопасности некоммерческой организации Женские действия для новых направлений (WAND), которая борется за расширение прав и возможностей женщин для участия в политической жизни США и вне их пределов по таким критическим проблемам, как предотвращение конфликтов, миростроительство, насилие против женщин, национальная и глобальная безопасность.
 

*    Джули Л. Аростегуй, доктор юриспруденции, является адвокатом и экспертом по правам человека, гендерной тематике и безопасности с большим опытом в области верховенства закона, доступа к правосудию, миростроительства, борьбы с гендерным насилием, участия женщин в политике и реформы сектора безопасности. Она работает как международный адвокат, советник и инструктор для секторов гражданского общества, политики, безопасности и правосудия. В настоящее время Джули возглавляет Программу женщин, мира и безопасности некоммерческой организации Женские действия для новых направлений (WAND), которая борется за расширение прав и возможностей женщин для участия в политической жизни США и вне их пределов по таким критическим проблемам, как предотвращение конфликтов, миростроительство, насилие против женщин, национальная и глобальная безопасность.

[1]    Обращение в Джорджтаунском институте женщин, мира и безопасности, Вашингтон, округ Колумбия, 3 декабря 2014.
[2]    Megan Bastick and Tobie Whitman, A Women’s Guide to Security Sector Reform (Washington, D.C.: The Institute for Inclusive Security and DCAF, 2013), 4.
[3]    Для дополнительной информации по резолюциям Совета безопасности и международному праву смотри Julie L. Arostegui and Veronica Eragu Bichetero, Women, Peace and Security: Practical Guidance on Using Law to Empower Women in Post-Conflict Systems (Washington, D.C.: Women in International Security, 2014), доступно на http://wiisglobal.org/wp-content/uploads/2015/03/WPS-Toolkit-Electronic.pdf.
[4]    Субрегиональная межправительственная организация африканского региона Великих озер состоит из двенадцати государств-членов: Ангола, Бурунди, Центрально-Африканская Республика, Республика Конго, Демократическая Республика Конго (ДРК), Кения, Уганда, Руанда, Судан, Танзания и Замбия.
[5]    UNSCR 1820 занимается конкретно сексуальным насилием во время конфликтов.
[6]    РПД включает все члены Форума тихоокеанских островов: Австралию, Острова Кука, Федеральные государства Микронезии, Фиджи, Кирибати, Науру, Новую Зеландию, Ниуе, Палау, Папуа, Новую Гвию, Республику Маршальских Островов, Самоа, Соломоновы острова, Тонга, Тувалу и Вануату, а также Тихоокеанские территории.
[7]    Перечень государств и планов действий смотри в PeaceWomen’s Action Plan Initiative, http://peacewomen.org/member-states.
[8]    Department of Defense Implementation Guide for the U.S. National Action Plan on Women, Peace, and Security, September 2013.
[9]    Chantal de Jonge Oudraat, “UNSCR 1325 – Conundrums and Opportunities,” International Interactions 39 (2013): 615–616, http://wiisglobal.org/wp-content/uploads/2014/02/UNSCR-1325%E2%80%94Conu....
[10]  “Gun Homicide and Violent Crime,” Pew Research Center’s Social and Demographic Trends, accessed 27 March 2015.
[11]  Shelby Quast, “Justice Reform and Gender,” in Gender and Security Sector Reform Toolkit, ed. Megan Bastick and Kristin Valasek (Geneva: DCAF, OSCE/ODIHR, UN-INSTRAW, 2008), 8.
[12]  Claudia Garcia-Morena, et al., Multi-Country Study on Women’s Health and Domestic Violence Against Women (Geneva: World Health Organization, 2005), xiii. World Health Organization Fact Sheet No. 239, Violence Against Women: Intimate Partner and Sexual Violence Against Women, доступно на http://www.who.int/mediacentre/factsheets/fs239/en/, последняя модификация ноябрь 2014.
[13]  Arostegui and Bichetero, Women, Peace and Security, 44.
[14]  Ray Acheson, “Money, Masculinities, and Militarism: Reaching Critical Will’s Work for Disarmament,” in Gender and Militarism: Analyzing the Links to Strategize for Peace (The Hague: Women Peacemakers Program (WPP), 2014), 15.
[15]  “Gender and Disarmament,” Reaching Critical Will, доступно на http://www.reachingcriticalwill.org/resources/fact-sheets/critical-issue... (по состоянию на 5 марта 2015).
[16]  Arostegui and Bichetero, Women, Peace and Security, 82.
[17]  United Nations Development Programme, Human Development Report 1994 (New York: Oxford University Press, 1994), 1.
[18]  Oscar A. Gómez and Des Gasper, Human Security: A Thematic Guidance Note for Regional and National Human Development Report Teams (United Nations Development Programme, Human Development Report Office, 2013), доступно наhttp://hdr.undp.org/sites/default/files/human_security_guidance_note_r-n....
[19]  A./Res.66/290, 10 September 2012.
[20]  Kristin Valasek, “Security Reform and Gender,” in Gender and Security Sector Reform Toolkit, 8.
[21]  Megan Bastick, “Integrating Gender in post-conflict security sector reform,” in Gender and Security Sector Reform Toolkit, 163, доступно на www.dcaf.ch/content/download/35609/526435/file/pp29.pdf.
[22]  Tobie Whitman and Jacqueline O’Neill, Attention to gender increases security in operations; Examples from the North Atlantic Treaty Organization (NATO) (Washington, D.C.: The Institute for Inclusive Security, April 2012), 6, доступно на  www.inclusivesecurity.org/wp-content/uploads/2013/05/NATO-Report_8.pdf.
[23]  Louise Olsson and Johan Tejpar, eds., Operational Effectiveness and UN Resolution 1325 – Practices and Lessons from Afghanistan (Stockholm: Swedish Defense Research Agency, 2009).
[24]  В период после геноцида, который разрушил и разбросал семьи, право женщин наследовать землю было критически важным поскольку имело прямое влияние на производство продовольствия и безопасность, на окружающую среду, на схемы оседлости и средства существования оставшихся семей и детей.
[25]  Sanam Naraghi Anderlini, et al., “Transitional Justice and Reconciliation,” in Inclusive Security, Sustainable Peace: A Toolkit for Advocacy and Action (London and Washington, D.C.: Hunt Alternatives Fund/The Initiative for Inclusive Security and International Alert, 2004), 9.
[26]  “Why Women?,” http://www.inclusivesecurity.org/why-women (28 февраля 2015).
[27]  Arostegui and Bichetero, Women, Peace and Security, 2, доступно на http://wiisglobal.org/wp-content/uploads/2015/03/CASE-STUDIES.pdf.
[28]  Bastick and Whitman, A Women’s Guide to Security Sector Reform, 8.
[29]  Sanam Naraghi Anderlini and Camille Pampell Conaway, “Security Sector Reform,” в Inclusive Security, Sustainable Peace, 31.
[30]  Charlotte Isaksson, “Genderforce: Why didn’t we do this before?,” Open Democracy, 29 November 2012, доступно на https://www.opendemocracy.net/5050/charlotte-isaksson/genderforce-why-di....
[31]  Anderlini and Conaway, “Security Sector Reform,” 32.
[32]  Nicola Popovic, et al., Planning for Action on Women and Peace and Security: National-Level Implementation of Resolution 1325 (2000) (New York: United Nations, 2010), 47–48.
[33]  Institute for Inclusive Security, “Network Member Responds to New York Times Article on Afghan Policewomen,” 5 March 2015, доступно на www.inclusivesecurity.org/network-member-responds-new-york-times-article...
[34]  Cheryl Hendricks and Lauren Hutton, “Defence Reform and Gender,” in Gender and Security Sector Reform Toolkit, 13.
[35]  Там же, 1.
[36]  Там же, 3–4.
[37]  Tara Denham, “Police Reform and Gender,” in Gender and Security Sector Reform Toolkit, 2–3.
[38]  Allison Peters, “Countering Terrorism and Violent Extremism in Pakistan: Why Policewomen Must Have a Role,” Policy brief (Institute for Inclusive Security, 31 March 2014), доступно на www.inclusivesecurity.org/wp-content/uploads/2014/03/IIS-Pakistan-Memo-v....
[39]  “About Us,” United Nations Peacekeeping, доступно на http://www.un.org/en/peacekeeping/about/.
[40]  В число официальных докладов ООН входят доклады Лахдара Брахими (2000), принца Зеида (2005), и «Исследование результатов за десять лет» (2010) о реализации РСБООН 1325 в операциях по поддержанию мира.
[41]  “Gender Statistics for the Month of February 2015,” UN Peacekeeping, http://www.un.org/en/peacekeeping/contributors/gender/2015gender/feb15.pdf, по состоянию на 9 марта 2015.
[42]  A/59/710, 24 March 2005.
[43]  Anderlini, et al., “Transitional Justice,” 1.
[44]  “What is Transitional Justice?” International Center for Truth and Justice (ICTJ), http://ictj.org/about/transitional-justice.
[45]  Arostegui and Bichetero, Women, Peace and Security, 64–65.
[46]  Проект бюджета Президента, вносимый в феврале каждого года, должен быть одобрен Конгрессом через соответствующие процессы выделения ассигнований. Больше подробностей о процентах бюджета можно найти в Информационном бюллетене по федеральному бюджету Женской сети по развитию (WAND), доступно на www.wand.org/wp-content/uploads/2015/02/Budget-Pie-Fact-Sheet-FY2016-pro....